Ещё недавно планировка трендового загородного дома на рендерах выглядела примерно одинаково: высокий потолок, второй свет, панорамные окна, большая кухня-гостиная, длинный остров, камин, диван и столовая в одном объёме. И конечно же, это выглядело очень красиво – ровно до того момента, пока в этом пространстве не начинается обычная жизнь.

Получается так: в одном пространстве гости сидят у камина, ребёнок смотрит мультфильм, а хозяин пытается провести рабочий звонок в углу, который на плане гордо назывался «кабинетной зоной». И вдруг выясняется главное: открытая планировка хороша, пока в доме никто не живёт.

Утомляющая свобода

Открытая планировка появилась не случайно. Она стала ответом на тесные, нарезанные комнаты, тёмные коридоры и кухни. Опен-спейс дал дому воздух, свет, ощущение пространства, что для загородного формата звучало особенно соблазнительно.



Постепенно этот приём стал почти обязательным, чем вызывал естественное отторжение: всё-таки большинство людей, вне зависимости от их личного достатка, ценят личное пространство.

Поэтому на смену тотальному open space приходит более умная логика – открытая, но зонированная планировка. Англоязычные издания её часто называют broken plan. По сути, это не возврат к маленьким закрытым комнатам, а попытка найти середину: сохранить свет, воздух и визуальную связь, но разграничив пространство.

Усталость от тотального open space обсуждают давно, но именно сейчас тема снова всплыла в интерьерном глянце особенно активно – её затронули Veranda, Livingetc, The Spruce. А впервые этот феномен обозначили ещё в 2015 году. Тогда британский архитектор Мэри Дагэн, оценивая дома для премии RIBA House of the Year, употребила выражение broken-plan living – «разбитая планировка». По сути, это был первый ненавязчивый звоночек усталости от дома, где большая часть сценариев происходит в нескольких просторных комнатах.



Так что же делают в брокен-плане? В общем-то, опен-спейс остаётся, но зонируется разными решениями – светом, панелями, небольшими подъёмами и другими элементами. Столовую не растворяют между диваном и кухней, а выделяют, например, светом или нишей. Так обеденный стол становится не проходной зоной, а отдельным местом для завтраков, ужинов и приёмов.

Кабинет тоже перестаёт быть «уголком у окна». Его выносят в тихую нишу, за стеклянную дверь или в отдельную малую комнату – рядом с семьёй, но с нормальной границей, акустикой и возможностью закрыться.

Дела кухонные

Самое заметное изменение происходит с кухней. Долгое время она была главным героем open space: остров, камень, красивые фасады, барные стулья, подсветка, техника. Кухня стала частью гостиной и, можно сказать, предметом искусства.

Но вместе с красотой в гостиную переехал и весь не очень красивый  процесс. Посуда, упаковки, запахи, техника, разделочные доски, кастрюли, помощники, доставка, подготовка к ужину. То, что хорошо работает в жизни, не всегда хорошо выглядит во время приёма гостей.



Поэтому всё чаще кухни проектируют две. Первая – парадная. Она остаётся в общем пространстве: остров, кофе, завтраки, бокалы, разговоры, красивый камень, безупречные фасады. Вторая – рабочая. Там моют, режут, хранят запасы, ставят дополнительную технику, убирают бытовую часть кухни из парадной зоны.

Хороший пример – дом шеф-повара Людо Лефевра, который Architectural Digest показывал после ремонта. Для человека, профессионально связанного с кухней, он выбрал не открытую кухню с огромным островом, а отдельное, относительно небольшое помещение. Он так и сказал в материале: во время готовки ему не нужно перед собой видеть диван или камин. 

Секрет – в мелочах

Open space часто ломается из-за отсутствия технических, невидимых помещений. Когда нет нормальной кладовой, весь нужный «хлам» оказывается абы где. Когда нет постирочной, становится непонятным, как обращаться с бельём, в отсутствие нормальной входной зоны все несут пыль в дом с улицы.



В хорошей планировке служебные помещения не прячут по остаточному принципу. Их проектируют так же внимательно, как гостиную. Постирочная должна быть там, где ею удобно пользоваться, а не в самом дальнем углу.

А что в итоге?

Многие наши соседи критично отнеслись к опен-спейсам в момент их появления – и сейчас они могут, выдохнув, сказать: «Мы же говорили!» Однако воздух и свобода в интерьере никуда не ушли. Просто сменились тренды, и сегодня архитекторы взяли курс на удобство – однако про эстетику никто забывать, естественно, не планирует.

Спасибо, что читаете нас! Если вы ещё не подписались, сделайте это здесь: «На Рублёвке — на Новой Риге — life». Откройте для себя ещё больше интересного в нашем Telegram и канале в Макс с ежедневными новостями. Поддержите нас, поделившись статьёй с друзьями!