— Илана, правда, что вы начали работать в кадре, еще будучи ребенком?

— Я родилась во Фрунзе, нынешнем Бишкеке. А в семь-восемь лет уже вела детскую вечернюю программу «Светлячок», местный аналог «Спокойной ночи, малыши!». Получается, я действительно рано начала работать в кадре.

Но параллельно занималась музыкой и танцами, а позже поступила в театральный институт в Санкт-Петербурге. И вот так работа на телевидении, сцена, музыка постепенно сложились в профессию.

— Одна из первых заметных ваших ролей была в проекте Жоры Крыжовникова. Расскажите, как вы попали на съемки?

— На четвертом или пятом курсе я ездила из Петербурга в Москву на пробы. Кастинг в «Валеру TV» уже завершился, на роль Няши утвердили другую актрису. Но я приехала и попросила: «Хотя бы посмотрите меня».

Тогда постоянно моталась между городами в плацкарте. Жора Крыжовников все-таки посмотрел пробу и выбрал меня. Я часто вспоминаю эту историю: иногда важно не решить за других, что все уже потеряно, а просто постучаться в закрытую дверь.

— Вы много лет выступаете в «Уральских пельменях». Почему шоу сохраняет популярность?

Источник здесь и далее: архив пресс-служб

— Да, в этом проекте я уже тринадцать лет. Думаю, одна из причин популярности в том, что это семейный юмор. На концерт можно прийти с детьми, родителями, бабушками и дедушками и не переживать, что сейчас появится неловкая сцена или шутка ниже пояса.

Нам не раз говорили: «Скоро вы исчерпаете все темы», но жизнь постоянно подбрасывает новые сюжеты. Пока людям нужны смех и возможность выдохнуть, этот жанр будет жить.

— Чувствуете ли вы ответственность перед зрителями, особенно перед детьми?

— Да. Публичный человек в любом случае влияет на аудиторию, даже если не ставит перед собой такой цели. Поэтому я слежу за языком, за тем, как выгляжу в кадре и какие смыслы транслирую. Не потому, что хочу казаться безупречной, а потому, что понимаю: меня смотрят дети, в том числе моя дочь.

 
При этом запретами невозможно воспитать человека. Гораздо важнее собственный пример и честный разговор. Мне нравится, что на наше шоу можно прийти всей семьей и не бояться, что ребенку придется объяснять неловкую или грубую шутку.

— Зрители особенно любят ваши сценические ляпы. Они действительно случайны?

 
— Конечно. Если ляпов нет, люди даже расстраиваются: спрашивают, куда они делись. Но специально мы их не планируем. Настоящий ляп возникает, когда артист забыл текст, не выговорил слово или неожиданно отреагировал. Эту искренность невозможно сыграть. Поэтому подборки ошибок иногда набирают больше просмотров, чем обычные номера: зритель видит живых людей, а не идеально отрепетированный механизм.

— Правда ли, что комик должен уметь рассмешить в любой момент?

 
— Нет. Даже самые опытные артисты не обязаны шутить по команде. Просьба «Ну-ка, рассмеши нас» ставит человека в странное положение. Юмор — особая субстанция: ему нужны ситуация, партнер, ритм.

 
Многие блестящие комики в обычной жизни тихие и спокойные, а иногда даже грустные. Я вообще прежде всего актриса: могу спеть, станцевать, прочитать стихи, но удачная шутка с пол-оборота не рождается.

 
— Не становится ли комедийное амплуа ограничением?

 
— Наверное, каждому артисту юмористического жанра хочется, чтобы его увидели с другой стороны. У меня уже была большая драматическая роль во втором сезоне сериала «Обоюдное согласие» Валерии Гай Германики, и мне хотелось бы чаще сниматься в серьезном кино.
Комедия дает колоссальную школу реакции, темпа и контакта со зрителем, но актеру важно развиваться. Я не считаю, что достигла потолка: впереди еще много целей.

 
— Где вас сейчас можно увидеть, помимо телевидения?

 
— Я продолжаю работать в театре. В Московском театре комедии играю в спектаклях «Женитьба Бальзаминова», «Теща с сюрпризом» и «Два мужа по цене одного». Есть и антрепризный спектакль «Ни дать ни взять», с которым мы ездим по стране.

 
Театр дает совершенно другое ощущение профессии: в кино многое можно переснять, а на сцене все происходит здесь и сейчас. Ты напрямую чувствуешь реакцию зала и каждый вечер заново проживаешь роль.

 
— Вы одновременно актриса, предприниматель и мама. Что помогает не потеряться между ролями?

 
— Я стараюсь не строить из себя идеального человека. В социальных сетях мы постоянно видим чужой красивый результат, но не знаем, какой путь за ним стоит. Из-за этого легко начать сравнивать себя с другими и обесценивать собственную жизнь.

Мне тоже знакомо это чувство, но я все чаще напоминаю себе: сравнение есть утопия. Лучше смотреть на то, чему ты научился, какие решения принял и куда хочешь двигаться дальше.

—  Недавно вы впервые отправились с дочерью в горы. Что дал вам этот опыт?

 
— Идея принадлежала дочери: она сказала, что никогда не ночевала в палатке и не была в настоящем походе. Я сама люблю комфорт, но решила попробовать. Мы поехали в Приэльбрусье, провели две ночи в палатках, потом все-таки перебрались в гостиницу и продолжили ходить по маршрутам. Поднимались выше на канатной дороге, шли по снегу, видели горные озера.

 
Для меня это оказалось выходом из привычной зоны комфорта и важным общим приключением. Я поняла, что иногда стоит соглашаться на то, чего немного боишься: именно такие поездки потом запоминаются сильнее всего.

— У вас есть личный бренд косметики для волос. Почему вы решили заняться этим направлением?

 Источник фото: @ilana_beauty

— Это была моя давняя мечта, а во время пандемии наконец появилось время, чтобы ее реализовать. Так родился бренд iLanaBeauty. Мне хотелось создать качественный уход за волосами, который был бы доступен и при этом не уступал по уровню более дорогой косметике. Производство бренда находится в Подмосковье.

 
Для меня iLanaBeauty — не краткосрочный эксперимент, а проект, который существует уже несколько лет, развивается и постепенно выходит на новый уровень.

 
Следующий важный этап — открытие салона на Рублевке. Это будет особенное пространство, где уход за волосами соединится с отдыхом и массажными практиками. В нем можно будет сделать уникальный массаж головы по китайской технологии, расслабиться и приобрести профессиональную косметику для волос моего бренда.

 
Мне важно, чтобы это было не просто место для ухода, а пространство, в котором человек может остановиться, переключиться и посвятить время себе.