В окрестностях Павловской Слободы, практически на равном удалении от Новоиерусалимского и Саввино-Сторожевского монастырей, расположен Аносин Борисоглебский женский монастырь. Сегодня это действующая обитель, а её появление два столетия назад было связано с чередой драм, затронувших известные дворянские фамилии — Тютчевых, Мещерских и Кутайсовых. 

История монастыря началась с обещания, данного после внезапной потери, — он стал первым общежительным монастырём в Московской  епархии, «образцовой общежительной пустынью как по укладу жизни, так и по духовным своим достижениям».

Как появилась идея построить монастырь

Основательница монастыря Евдокия Николаевна, урождённая Тютчева, родилась в 1774 году в усадьбе Гореново Смоленской губернии и была шестым ребёнком в семье. У отца Евдокии, Николая Андреевича Тютчева, в юности был роман с Дарьей Салтыковой, известной как Салтычиха.

После того как Тютчев женился на другой, Салтыкова неоднократно пыталась сжечь его дом и готовила покушение на него и его супругу. Несмотря на драматичное начало, брак Тютчевых оказался прочным и счастливым. Младший брат Евдокии, Иван, впоследствии стал отцом поэта Фёдора Тютчева.

В 1796 году Евдокия Николаевна вышла замуж за князя Бориса Ивановича Мещерского – имения их родителей находились в относительном соседстве. Брак продлился лишь три месяца: простудившись на охоте, князь умер от горячки. Это событие определило дальнейшую биографию княгини.

Через некоторое время у молодой вдовы родилась дочь Анастасия. Позже она писала: «Со времени кончины князя Бориса Ивановича я имела на душе обет устроить в память ему и в поминовение о его душе что-либо полезное для ближнего».

В 1799 году княгиня приобретает имение Аносино Звенигородского уезда и посвящает всё своё время воспитанию дочери и устройству усадьбы. Здесь они проводят летние месяцы, а зиму — в своём московском доме в Староконюшенном переулке. За городом складывается круг общения из соседей: Евдокия Николаевна дружна с Прасковьей Александровной Ушаковой — её имение располагается в Ламонове — и Анной Петровной Кутайсовой из Рождествено. Единственное, что печалит княгиню, — это то, что ближайший приходской храм находится в Павловском (Павловской Слободе). И её посещает мысль построить храм в собственном селе.

К столь важному делу она подошла с большой осмотрительностью: её волновал и финансовый вопрос, поскольку расход на содержание священника и причта ложились на неё. Спустя некоторое время княгиня получает благословение от митрополита Платона.

Как война 1812 года изменила судьбу Аносино

Храм был заложен в мае 1810 года. В каменной Троицкой церкви в память о муже Евдокии один придел освятили в честь небесных покровителей князя Бориса, святых Бориса и Глеба, другой — в честь Тихвинской иконы Божией Матери, которую Мещерская особенно чтила.

В 1812 году армия Наполеона приближалась к Москве, и княгиня с дочерью уехала в Моршанск. Дом в Москве сгорел, в Аносино мародёры разграбили церковь, была повреждена резьба иконостасов, пропали книги и утварь. Вернувшись в 1813 году, Мещерская занялась восстановлением и храма, и усадьбы. Отечественная война не только разрушила храм, но и сломала личную жизнь единственной дочери Мещерской — Анастасии. 

Как личная трагедия привела к созданию монастыря

Сегодняшний ландшафт не столько изменился с тех пор (с точки зрения холмистости), сколько зарос. А ранее село Рождествено с усадьбой, где жил жених Анастасии, отлично просматривалось со стороны Аносино и монастыря. Имение Рождествено принадлежало Кутайсовым. Глава семейства, Иван Павлович Кутайсов, по происхождению турок, взятый в плен в детстве, ребёнком был подарен Екатериной II своему сыну. 
Став императором, Павел I объявил своего самого доверенного слугу графом, осыпал чинами, наградами, землями и крепостными. Кутайсов становится одним из богатейших людей страны. 

Его жена, добрая и почтенная женщина Анна Петровна, была дружна с княгиней Мещерской. Семьи договорились о браке младшего сына Александра и княжны Анастасии Мещерской, когда ей исполнится шестнадцать или семнадцать лет.

Александр Кутайсов к моменту предполагаемой помолвки был уже заметной фигурой в военной сфере — с 1799 года инспектор-адъютант генерал-инспектора артиллерии А. А. Аракчеева. Проявил выдающиеся способности в войне с Францией 1805–1806 годов. В 22 года — уже генерал-майор, и заслуженно: умный и талантливый, он никогда не переставал учиться. Составил «Общие правила для артиллерии в полевом сражении», занимался реорганизацией артиллерии. Уникальный человек своей эпохи, несмотря на юный возраст для подобных званий и должностей. В начале 1812 года Кутайсов стал начальником артиллерии 1-й Западной армии, в Бородинском сражении командовал всей русской артиллерией. 

Накануне битвы, 6 сентября, он отдал приказ, который во многом определил эффективность артиллерийского огня в тот день и противоречил приказу Александра I, требовавшему беречь орудия. М. И. Кутузов, поручивший Кутайсову командование, убеждал его «не вдаваться излишне в опасности». Молодой генерал сам руководил огнём батарей и менял боевой распорядок орудий — Кутайсов снова не послушал и сделал по-своему.

Он погиб в возрасте двадцати семи лет, с поля боя вернулась его лошадь, забрызганная кровью. Артиллерия лишилась общего командования, и, по словам Кутузова, неизвестно, как бы закончилось Бородинское сражение, если бы Александр остался жив. Тело не было найдено. Позже Василий Жуковский в своей поэме «Певец во стане русских воинов» напишет строки:

А ты, Кутайсов, вождь младой...

В броне ли, грозный, выступал –

Бросали смерть перуны;

Во струны ль арфы ударял –

Одушевлялись струны...

О горе! верный конь бежит

Окровавлен из боя;

На нём его разбитый щит...

И нет на нём героя.

И где же твой, о витязь, прах?

Сейчас усадьба Рождествено существует на том же самом месте — на территории оздоровительного комплекса «Снегири» Управления делами Президента РФ. Нынешнее здание является новоделом, от эпохи Кутайсовых сохранился грот «итальянского характера» и английский парк с роскошными липовыми аллеями.

Через несколько лет Анастасия Мещерская выходит замуж за Семёна Николаевича Озерова – сенатора и тайного советника. По воспоминаниям современников, «он был человек средних лет, вдовец, не особенно велик ростом или толст, а, что называется, крупный мужчина, очень приятной наружности; честный и благородный человек с состоянием и хорошего происхождения, но летами, сравнительно с невестой, слишком стар для молоденькой княжны, которой только что исполнилось семнадцать лет; ему было под сорок, а то, пожалуй, и все сорок». Брак описывали как спокойный и достойный. 

В семье Озеровых родилось двенадцать детей. Дочери Озеровых, Надежда, Варвара и Екатерина, стали авторами акварелей, сохранивших вид аносинской усадьбы.

Выдав дочь замуж, Евдокия Мещерская вернулась к своему обету. 4 июня 1820 года, в день рождения покойного князя Бориса, при Троицкой церкви открылась богадельня на 12 женщин. Спустя три года женское общежитие получило статус монастыря, а княгиня Мещерская постриглась в монашество с новым именем Евгения и стала его первой настоятельницей. Обитель быстро обрела известность строгостью устава и вниманием к внутреннему распорядку, в дореволюционной России её нередко называли «Женской Оптиной».

Игуменья Евгения руководила монастырём четырнадцать лет — до своей смерти в 1837 году. Её похоронили с северной стороны Троицкого собора, у придела Бориса и Глеба. Позже продолжила благие дела внучка княгини Евдокия Озерова, став монахиней Аносиной обители и во многом преемницей своей бабушки. В 1854 году она стала игуменьей, взяв имя Евгения, и возглавляла обитель двадцать лет.

Что сохранилось от Аносиной обители

От усадебных построек и старого парка почти ничего не осталось, но Борисоглебский монастырь продолжает действовать на том самом месте, которое княгиня Мещерская выбрала для исполнения своего обещания. С именем дочери основательницы, Анастасии Озеровой, связан и один из монастырских храмов, освящённый в честь её покровительницы — великомученицы Анастасии Узорешительницы. 

Сохранилась тетрадь «Беседы с моей дочерью» — сборник наставлений, написанный княгиней Мещерской для Анастасии. А в музее-усадьбе «Мураново» хранится картина Е. Спажинского, на которой изображены Евдокия Николаевна Мещерская с дочерью и воспитанницей. Полотно носит на себе следы ударов французской сабли. Картина пережила 1812 год в усадьбе Аносино. 

По мнению исследователей, образ и история жизни Евдокии Николаевны вдохновили её племянника Фёдора Тютчева на создание ряда поэтических произведений — «Слёзы людские», «Пошли, Господь, свою отраду» и других.